Будни и советы кинолога-канистерапевта во время карантина

164

Пожилые люди — основная группа риска во время пандемии COVID-19. Но иногда дело их жизни слишком важное, чтобы его бросить. О том, как удалось совместить заботу о своем здоровье, выполнение указаний правительства и верность призванию, рассказывает кинолог черниговской компании COLLAR Михаил Алексеевич Кулько. Уже 12 лет он готовит канистерапевтических собак для работы с детьми с проблемами развития. Когда объявили карантин, перед ним и перед директором компании — владельцем собаки — возник вопрос: как не рисковать ни здоровьем кинолога ни такими важными терапевтическими навыками его подопечной? 

Расскажите немного о себе?

Мне 69 лет. Кинологом я работаю уже давно. Раньше у меня были овчарки, а сейчас, уже двенадцатый год, работаю в COLLAR Company. Тренирую уже вторую собаку, первой была Ника, а теперь, уже четвертый год — Лилу, тоже кане-корсо. Занимаемся с ней с детьми в детском реабилитационном центре «Возрождение». 

Как вы начали готовить терапевтических собак?

Это случилось в 2011 году и началось со случайности. Когда Юрий Синица (владелец COLLAR) с Никой приехал в интернат для детей с проблемами развития, мы увидели, что собака свободно общается с детьми — и они проявляют большой интерес. Тогда, вместе с психологом, было решено запустить месячную пробную группу для детей с аутизмом. Поначалу Юрий Юрьевич водил туда Нику сам, а потом пригласил меня. В восемь лет Ники, к сожалению, не стало. Тогда появилась новая собака, Лилу, которую мы уже целенаправленно обучали. С семи месяцев мы с ней работаем в центре «Возрождение». 

Когда объявили карантин: как вы и руководство компании решили ситуацию?

Когда объявили карантин, мне предложили из-за моего возраста остаться дома. Но ведь Лилу нужны постоянные тренировки, я должен следить за ее формой: и физической и в плане навыков. Тогда я сказал, что забираю Лилу домой. Это было наше общее с руководством решение. Мне в полном объеме сохранили зарплату, корм и все необходимое я беру со склада. Меня привозят на машине и отвозят обратно, никаких контактов с посторонними. А так на работу мы с ней не ходим. 

А как Лилу отнеслась к такой перемене?

Я еще никогда так надолго ее не забирал. Кане-корсо — семейные собаки, они больше привязываются именно к людям. До карантина мы с Лилу виделись только восемь часов в день, а сейчас это общение почти 24/7. Так что сейчас мы не разлей вода. Доходит до того, что, когда мне нужно ненадолго выйти и оставить Лилу с женой, она ложится возле порога и ждет, пока я приду. 

Для вас самого что-то изменилось в таком режиме?

Есть некоторые бытовые трудности. Когда я прихожу на работу, я с ней там и работаю, а тут нужно поддерживать чистоту в квартире. Такая большая собака — это много шерсти, ее нужно пылесосить. Покормил ее — сразу мой пол. И внимание ей сейчас нужно круглосуточное. Но в основном разницы нет. Собака должна постоянно тренироваться. Даже если неделю не заниматься, она может элементарно что-то забыть. Повторяем старые команды, приобретаем новые навыки, занимаемся спортом для поддержки физической формы. Сейчас для Лилу появился хороший шанс улучшить свою социализацию. Она в основном жила за городом, а сейчас — в самом Чернигове. Ей все интересно, для нее все новое. Я ей объясняю, как ребенку: «Видишь, красный светофор, мы должны стоять. А вот сейчас зеленый, можем идти». И она начинает понимать. В компании она привыкла ко всем подходить, чтобы ее чесали, и в центре дети тоже ее любят, гладят, трогают. А в городе она не может подходить ко всем: это же огромная собака, ее боятся. Сейчас она уже приучилась не бежать обниматься, не реагирует без разрешения ни на людей ни на других собак. 

Расскажите о работе в центре «Возрождение», пожалуйста.

Работа тяжелая. Вы понимаете, какая там энергетика, как это выматывает. Иногда выходишь — и голова раскалывается. Лилу тоже иногда устает, в такие дни мы потом целый час ходим, бегаем, ветки грызем — снимаем стресс. Но самое главное то, что мы видим результат. Мы проводим опросы родителей, которые приезжают с детьми на две-три недели. Они впечатлены тем, как меняются их дети. Даже сами родители меняются, у них появляется надежда. Был такой случай: ребенок в 3-4 года не разговаривал. А когда мы научили его командам для собаки, он громко и четко скомандовал Нике: «Рядом!» У его матери был шок, она думала, что сын немой. Собака — это очень сильный мотиватор. Детям хочется покомандовать, хочется поработать с ней, и они становятся более собранными, внимательными. У нас уже есть методики для детей с аутизмом, с синдромом Дауна, с ДЦП. Видеть, как они работают — это просто прекрасно. 

У вас есть какие-то рекомендации для владельцев собак на карантине, как у профессионала?

Главная рекомендация — если ваши прогулки сократились из-за карантина, сделайте их интенсивнее. Подвижным, молодым, физически сильным собакам нагрузка жизненно необходима. Я вижу, что многих выводят буквально на пятнадцать минут и не уделяют им внимания. Собака хочет остановиться, что-то понюхать, посмотреть — а люди тянут ее дальше. Можно выгулять собаку за 15-20 минут, но все это время все внимание должно быть ей. Когда мы с Лилу идем, я набираю полный рюкзак тренировочных снарядов и игрушек, например, Пуллер, Питчдог или Лайкер. Перетягиваем с ней, бросаю ей на горку, под горку, чтобы она приносила. Можно даже с палочкой поиграться так, что собака набегается, придет домой довольная и ляжет спать. Я вижу, что к маленьким собакам относятся больше как к детям. Им покупают специальные игрушки, те же тренировочные снаряды — а большим собакам такого не достается. Иногда владельцы больших собак пытаются даже спровоцировать Лилу: «Пусть подерутся». А я говорю: без любви из любой собаки можно вырастить зверя. А если любить и заботиться — то будет такая как Лилу, и неважно, какого она размера и породы. Многие кинологи воспитывают собаку «кнутом и пряником». Но даже без жесткого подхода, только поощрениями, можно сделать собаку послушной, научить командам «не за страх, а за совесть». Сейчас, на карантине, я стараюсь вообще не подходить ни к людям, ни к другим собакам. Карантин есть карантин. Люди привыкли выходить, отпускать собак бегать и становиться поговорить друг с другом. Так нельзя. Сейчас вся эмоциональная нагрузка для собаки должна идти через общение с хозяевами. Поэтому лучше погулять дольше, хоть 30-40 минут, но подальше от людей. 

Вы думали, что делать, если карантин продлят?

Если продлят — будем с Лилу вместе до конца карантина. Кто же будет с нею заниматься? Нельзя просто оставлять ее лежать во дворе, чтобы ее чесали. Я сейчас работаю только с Лилу, мне предлагали даже в Киеве поработать за хорошие деньги — но я сказал, что у меня одна, целенаправленная работа, и предавать ни компанию, ни детей, ни Лилу я не собираюсь. Я так решил — и буду так работать. 

Ранее «Журналист» сообщал о том, что кинологической службе Украины исполнилось 25 лет.

Подписывайтесь на telegram-канал journalist.today