Евгений Городецкий: Бабий Яр — это огромное кладбище. Благодаря «Маршу памяти» я в какой-то степени исполняю свой личный долг (ВИДЕО)

687

Студию «Журналиста» посетил Евгений Городецкий – один из основателей проекта «Марш памяти», цель которого – сохранить и передать молодому поколению историю о жертвах трагедии в Бабьем Яру. Наш гость рассказал, как возник проект «Марш памяти», с чего все начиналось, как проходит само мероприятие, почему для его семьи важно сохранить память о людях, которые были жестоко убиты фашистами в 1941 году.

«4 года назад была 75-я годовщина событий в Бабьем Яру. Эту дату отмечали с большим количеством гостей, построили трибуны в Бабьем Яру, поставили стулья, была сцена, выступали президенты. Мне это показалось неправильным и кощунственным. Во-первых, мы должны понимать четко для себя, что Бабий Яр — это огромное кладбище. Я с большим трудом представляю себе, что на кладбище строят сцену для каких-либо событий, приходят красиво одетые приглашенные гости и кто-то там произносит какие-то речи. Для меня это всё слишком формально. Я дождался, когда прошли все эти нормальные мероприятия (мероприятия по почитанию памяти жертв Бабьего Яра в 2015 году, — ред.), вышел из машины возле кинотеатра «Киевская Русь» (по моему пониманию, именно там, возле кинотеатра «Киевская Русь», сходились основные три колонны из мест компактного проживания евреев в городе Киеве в 1941 году – это Печерск, Евбаз (место, где сегодня вот Площадь победы) и Подол, и вот от кинотеатра они уже шли в сторону Бабьего Яра). Первое КПП находилось возле мотоциклетного завода, там сейчас мемориальная доска. По моему пониманию, единая колонна формировалась в районе кинотеатра «Киевская Русь». И меня в этом никто не опровергает. Историки Украины и, в частности, Киева подтверждают этот факт. И я прошел один этот путь, которым шли люди в Бабий Яр в 1941 году. Я опубликовал несколько фотографий на Facebook и написал о том, что я прошёл этот путь. Мне начали писать мои друзья, товарищи. И мы решили на следующий год сделать мероприятие. В результате через год со мной прошло 97 человек. Тогда мне показали, что есть запросы общества на неформализацию этого процесса. Это память, для каждого это что-то свое. И мы приняли решение проводить это неформальное мероприятие. Ко мне присоединился уже на второй год мой товарищ Дмитрий Юринов. И мы организовываем мероприятие. Сейчас нам еще помогает Стелла Киртадзе. Это не стоит нам практически никаких денег. Например, все расходы в этом году составили 650 долларов. Это деньги, за которые мы наняли несколько автобусов, которые привезли детей из школ Белой Церкви и Житомира. Если первый раз я был один, через год нас было 97 человек, потом 350 людей, то в этом году нас был около 600 человек. Я очень надеюсь, что нас будет больше. Хотя нет такой цели, мы не собираем людей, они сами приходят и идут с нами, каждый идет этой дорогой длиной примерно в 3 км 100 м или 3 км 200 м, думая о своем. Мы общаемся, разговариваем, дети задают вопросы. С нами всегда много детей, в этом году было около 150. Они всегда спрашивают: «Почему? Что произошло? Почему именно этих людей? За что?» Цифры, связанные с Бабьим Яром, ужасающие. 29-30 числа (а началось все еще 28 сентября, сначала расстреляли пациентов психбольницы) 33 771 человек и детей до 3 лет не считали, и надо понимать ещё одну вещь, что 90% этих людей это были женщины, это не считая детей до 3-х лет. 90% расстрелянных – это были женщины, дети и старики. Киев достаточно долго оборонялся, мужчины все были призваны, ушли на фронт. То есть мы должны понимать, что это была безоружная масса людей, которые не успели эвакуироваться, по каким-то определённым причинам они остались в Киеве и были там уничтожены», — рассказал Евгений Городецкий.

По его мнению, о событиях в Бабьем Яру необходимо помнить, потому что это задокументированное массовое уничтожение людей, в частности, евреев.

«Это первое задокументированное место такого массового уничтожения людей, в частности, евреев в один день или в короткий промежуток времени. Кроме того, в этом случае четко доказано, что в этих преступлениях участвовали не только специально обученные силы СС (военизированные формирования Национал-социалистической немецкой рабочей партии – ред.), не только коллаборационисты, но и Вермахт. Хотя немцы достаточно долго утверждали, что армия была ни при чём, но  задокументировано, что в этих расстрелах участвовали армейские части. Что тоже крайне важно для осознания того, что нет частичной вины. Поэтому я считаю, то, что мы делаем, это маленькая вероятность того, что это не повторится. Хотя мы видим геноцид, уничтожение людей по религиозному, по национальному признаку, к сожалению, и в наше время является огромной проблемой. Цель «Марша памяти» — передача памяти, — подчеркнул собеседник «Журналиста».

Евгений Городецкий рассказал, как он узнал об этой трагедии, будучи еще ребенком.

«Я, будучи еще ребенком, прочитал книгу писателя Анатолия Кузнецова «Бабий Яр» («Бабий Яр» — документальный роман писателя Анатолия Кузнецова, основанный на воспоминаниях детства автора. Дата первой публикации 1966г. – ред.). Эта книга была в доме моего деда, маминого отца. Он был малограмотным человеком, он работал ломовым извозчиком, но он был религиозным человеком. В доме было мало книг, но среди них была книга Кузнецова «Бабий Яр». Кроме того, наше советское образование с одной стороны замалчивало трагедию еврейского народа во время войны, но с другой стороны это образование давало нам достаточно много информации. Сейчас, к сожалению, дети, молодежь не знают этой истории, этой трагедии, ее причин и деталей этих событий. Поэтому наша задача – передача памяти дальше. Для меня Бабий Яр – это начало. Я бы очень хотел, чтобы такие марши проходили по всей Украине. Мы должны понимать, что в Украине Бабьих Яров тысячи, они есть в каждом селе, в каждом местечке, в каждом городе есть такие места трагедии и даже по несколько. Потому что в одном населенном пункте убивали, расстреливали в разных местах. К сожалению, на сегодняшний день, по разным причинам, уже нет тех еврейских общин, которые сохраняли эту память, люди уехали. Есть несколько американских организаций, которые занимаются такими проектами. Недавно я был в Миргороде, там прямо в школе открыли музей Холокоста. Есть организация Remember Us, которая финансирует такие проекты. Это уже 4 музей, который они открыли. Подобными проектами, например, занимается еще другая американская организация, которая хочет поставить на всех местах массовых расстрелов евреев в Украине одинаковые памятники, для того чтобы все могли даже визуально понимать, о чем идет речь. В прошлом году они открывали первый памятник в Хмельницкой области, в городе Изяслав», — отметил Евгений Городецкий.

Также он подчеркнул, что на «Марш памяти» каждый год приезжают люди из-за границы, и у каждого своя история и трагедия, связанная с Бабьим Яром.

«В этом году были люди из Голландии, из Австрии, из США, которые специально приехали. Всегда приходят дипломаты, второй год подряд с нами ходит немецкая школа, которая работает в Киеве при посольстве. В этом году были и представители ОБСЕ. Люди подходят после марша и говорят спасибо. В прошлом году была очень трогательная история. Марш был в воскресенье, ко мне подошла женщина, и сказала: «Здравствуйте. Я из Израиля, мне 75 лет. В субботу утром мне позвонила моя дочь, она живёт в Киеве, и сказала, что в воскресенье в Киеве будет «Марш памяти». Я села в самолет и прилетела для того, чтобы с вами пройти». Также в этом году шел человек, который шел весь путь вместе с нами и держал эстонский флажок. Много пишут: из Австралии, из США, Израиля. Если такие вещи происходят, значит мы достигли того, чего хотели. Такие мероприятия становятся событиями, которые трогают всех. Чем больше людей об этом узнают, тем больше людей об этом задумаются, почитают, поинтересуются о трагедии в Бабьем Яру. В моей семье достаточно много (больше 20 человек) погибло в ямах. И поэтому, как можно о них не думать. Кроме того, у нас в семье произошла история, я в какой-то степени исполняю свой личный долг. В августе 1941 года часть семьи была в Житомире, а часть в Киеве. Большая часть находилась в столице. Здесь был такой человек, которого звали Хаскиль Осадчий, он отвечал за эвакуацию оборудования завода «Артёма». Он был женат на двоюродной сестре моей бабушки. Этот человек, я не знаю, как ему это удалось, посодействовал, и к вагонному составу с оборудованием завода прицепили еще один вагон, в который в условленное время пришло более 80 человек, которые были членами нашей семьи. И они уехали до Моздока. А Хаскиль остался в Киеве, потому что был в ополчении. Кроме того, в Моздоке его старшая сестра, которая тоже ехала в этом вагоне, прочла, что в Киеве все хорошо, и вернулась в Киев, и потом попала в Бабий Яр. И получилось так, что семья Осадчих спасла всех, а он сам, его брат и сестра погибли (мужчины погибли на фронте, а сестра в Бабьем Яру). Это такая история моей семьи, а с нами ежегодно идут люди, у которых родные и близкие были убиты в Бабьем Яру. Вот почему это огромное кладбище. Кстати, мы же не просто собираемся на «Марш памяти» и идем, мы это делаем в определенные дни, в те дни, когда можно ходить на кладбище по еврейскому закону. В этом году совпала дата расстрелов и дата нашего мероприятия. В следующем году тоже совпадает, а в прошлом году мы пошли 7 октября. Сентябрь-октябрь – это период еврейских праздников: Новый год, Йом-Киппур и так далее. И мы всегда спрашиваем раввина, когда можно пойти», — объяснил собеседник.

Кроме «Марша памяти» Евгений Городецкий занимается еще одним проектом, который посвящен Николаю Блинову, украинцу, который стал на защиту евреев во время погромов в 1905 году.

«Я считаю, что Николай Блинов, если бы время было другое, должен был стать кумиром молодежи, потому что он олицетворял всё, что в молодом человеке должно быть. Да, он боролся против царизма, он был революционером. В 25 лет у него было двое детей, он уехал из страны в эмиграцию, потому что здесь он был исключен из института. Он был учеником великого русского поэта Саши Чёрного, с которым они вместе ездили на ликвидацию голода в Поволжье. Я прочел книгу о Блинове, которую написал доктор наук, санкт-петербургский писатель Александр Ласкин, который по стечению обстоятельств заинтересовался этой историей.

Справка. Николай Иванович Блинов родился в 1881 году в Житомире. Учился в Киевском университете, после участия в студенческих волнениях поехал в Швейцарию, где продолжил обучение на инженерном факультете Женевского университета. В начале 1905 вернулся на родину, поехал навестить родителей в Житомир. В апреле в городе начался еврейский погром.

У Блинова было двое детей. Его дочь вышла замуж за одного из самых великих русских пушкинистов Бориса Томашевского. Соответственно, писательница Зоя Томашевская – это внучка Николая Блинова. В ее доме, в гостиной, собирался весь цвет питерской интеллигенции, приходили Александр Солженицын, Сергей Довлатов, Иосиф Бродский. В гостиной был портрет Николая Блинова,  и однажды Ласкин заинтересовался портретом. Зоя Томашевская сказала, что это ее дедушка, и рассказала его историю. Тогда Ласкин начал заниматься поиском информации. Что сделал Николай Блинов? Его семья жила в Житомире, отец – отставной поручик, рано умер, еще было двое братьев, они стали полицейскими офицерами, а он стал революционером. И когда начались еврейские погромы, Николай Блинов уехал из Санкт-Петербурга, оставил жену с двумя детьми, приехал в Житомир, вышел навстречу погромщикам и был зверски убит, он получил 17 штыковых ударов.

Справка. Николай Блинов вышел к погромщикам для переговоров и был убит толпой. Тело Николая Блинова было найдено его матерью в морге еврейской больницы в числе жертв уличных боев. В 21 веке трагическая судьба Николая Ивановича Блинова стала основой для документального романа «Дом горит, часы идут» А. С. Ласкина.

Это был 1905 год, для меня это символ. И житомирские евреи похоронили Николая Блинова за счет общины. Более того, на стене синагоги повесили мемориальную доску, которая была разрушена советской властью вместе с синагогой. Год по нему читали в синагогах молитвы, это не часто бывает, чтобы за православным человеком читали в еврейских синагогах поминальные молитвы. Также для семьи Блинова евреи собрали деньги, потому что семья была бедная. Его правнучка Мария Томашевская жива, она живёт в Москве. Она – доктор наук, лингвист. Мы с ней общаемся. Также я общаюсь с Александром Ласкиным. В прошлом году, на следующий день «Марша памяти» мы с ним открывали мемориальную доску Николаю Блинову в Житомире, на площади Соборной, на месте, где он погиб. Это поразительно, но никто не взял ни копейки (проектанты, те, кто изготавливал доску). Я благодарен мэру города, который сделал все, чтобы эту доску мы открыли. Теперь у меня есть идея: отрезок улицы, где висит доска Николая Ивановича Блинова, назвать его именем. Она маленькая, там всего два дома. Еврейская конфедерация Украины подхватила эту идею. В Украине есть улицы, названные на честь Праведников мира, людей, которые спасали евреев во время Холокоста. Но я считаю, что Николай Блинов в этом смысле более символичен, потому что этот был факт на 35-40 лет раньше. Это свидетельствует о том, что всегда были люди, готовые защитить слабого. Это очень важно. Соответственно, и сохранение памяти – очень важно», — подытожил Евгений Городецкий.

Полную видео версию интервью с одним из основателей проекта «Марш памяти» Евгением Городецким смотрите на сайте «Журналиста».

Подписывайтесь на telegram-канал journalist.today