Виталий Запека: Антивоенный роман «Цуцик» появился в голове сразу и полностью

220
Фото Ярослава Матвеенко

 С 22 по 26 мая в Киеве на территории Мистецкого Арсенала прошел IX Международный фестиваль «Книжный Арсенал».  Ветеранская палатка, поставленная прямо посреди двора, где продавали военную литературу, создала большой ажиотаж среди посетителей.  Корреспондентка «Журналиста» Ярослава Матвеенко взяла интервью у участников этого необычного проекта.

Напечатанный специально к Книжному Арсеналу тираж «антивоенного романа Цуцик» Виталия Запеки раскупили за считанные дни, как и его первую книгу-фотоальбом «Батальон Полтава.  Годы войны».  Профессиональный фотохудожник Виталий Запека как никто другой правдиво зафиксировал, как жизнь батальона, где служил, так и людей, их истории и места, которые он увидел и с которыми познакомился во время войны.  Сейчас Виталий Запека пишет новые книги, в том числе и детские.

Поделитесь детскими литературными воспоминаниями.  Что читаете, читали?  Любимые книги и авторы, герои?

С первого класса до последнего в школьные годы был лучшим читателем библиотеки, даже моя фотография висела.  В дневнике была уникальная запись «читал на уроке литературы», потому что если мне не нравилось что-то, то я открывал свою книгу и читал.  Доходило до того, что классная руководительница изымала у меня книги на входе в класс.  Я научился протягивать книги через друзей.  Читал абсолютно все, что было у друзей, в библиотеках. Во времена Советского Союза была эпопея со сбором макулатуры. После того как пионеротряду засчитывали принесённое, можно было стырить макулатуру, отнести во вторсырьё и приобрести какую-то дефицитную книгу.

Больше всего нравились произведения Дюма, приключения, о войне много читал.  Не думал, что придется воевать.  Я был далек от этого.  Когда я завершал службу в армии, мне единственному не предложили идти дальше.  В поезде выбросил свою шинель со словами «Никогда больше в форме».  Так тут такое случилось, то уже бегал сам и в добробат, и в военкомат, чтобы меня взяли.  Приложил неимоверные усилия, что попасть в добробат.  Начальнику штаба не понравилась моя военная специальность – шифровальщик – она не была нужна.  Моя гражданская специальность тоже не фотохудожник.  И, кроме того, в то время мне было 47 лет.  К счастью, он поручил избавиться от меня психологу.  Я сделал женщине фотосессию и начальник батальона узнал с удивлением, что лучше меня психологические тесты никто не проходил.  Он передал меня комбату.  Комбат сказал, что у них, в десантуре, плечи у ребят в три раза шире моих, и у меня минута на аргументы.  Я сказал, что о вашем батальоне не знают в мире, а если я в нем буду, на него посмотрят моими глазами.  Меня приняли и настолько быстро, что на первую ротацию поехал в гражданской одежде, а из оружия у меня был перочинный нож.  На подъезде к Волновахе пришел подписанный приказ, и я стал полноценным бойцом, только без броника и оружия.

О чем Ваши книги?

Фотоальбом «Полтава» интересен и уникален тем, что действующий боец ​​и фотограф снимал кадры профессиональной техникой в ​​трех секторах войны из четырех, где я был, в течение трех лет изнутри.  Тексты соответствуют фото тех мест и людей, которых я фотографировал.  Государственный архив Полтавской области принял у меня фотографии, а копии они переслали в Киев, во Всеукраинский архив. На фотоархивах они поставили отметку «Хранить вечно». Это была большая ответственность, чтобы фото соответствовали рассказам к ним.

«Цуцик» — это рассказ о войне и людях от имени собачки.  Книга полна гуманизма, и поэтому я считаю, что это «антивоенный» роман.  Это, наверное, первый антивоенный роман в Украине, поэтому, что бы ни случалось, но хороших людей и добра все-таки больше.

Какую книгу коллег посоветуете почитать?  Какая их книга поразила?

Очень нравятся книги Юры Руденко, Мартина Бреста, Кости Чабалы.

Были бы Ваши книги, если бы не война?

Нет.  Я жил фотографией, мне это очень нравилось, я был счастлив.  До сих пор у меня осталась привычка просыпаться в четыре утра, чтобы больше увидеть и сделать, чему-то научиться.  Когда я выкладывал свои фото с войны (или на фейсбуке, или в журналы отсылал), то везде меня просили написать объяснение – я писал.  Мне, фотохудожнику с хорошим рейтингом, было неприятно, что фотография набирала вдвое, втрое меньше лайков, чем рассказ к ней. Потом я привык, выкладывал уже фотографию вместе с объяснением.  Незаметно для меня стали появляться тексты без фотографий.  Вообще не собирался публиковать ничего, пока мое творчество не увидел один полтавский издатель.  Предложил издать.  Я начал собирать деньги: собрал где-то 36 тысяч гривен, с которыми этот издатель исчез.  А я уже пообещал волонтерам, людям, бойцам, и я начал собирать деньги во второй раз.

Мои тексты заинтересовали Василия Поддубного (автор-распорядитель сборников «Слово о войне», «Слово о войне-2, 3»). Он спросил, можно ли взять, я согласился.  Он попросил восемь-десять текстов, чтобы выбрать 2-3 лучшие.  До последнего момента я не знал, какие именно и сколько он выберет.  Он напечатал все, что я выслал.  Убрал свои, чтобы разместить мои.

«Цуцик» появился в период между фотоальбомом и «Словом о войне».  У меня тогда родилась внучка.  Сначала ждали внука, я написал сказку о мальчике Богданчике на украинском языке.  Потом оказалось, что все-таки будет девочка.  В сердцах я сказку о Богданчике удалил навсегда, о чем сейчас жалею.  Когда взял на руки свою внучку, понял, какое это очаровательное создание, и в одну из ротаций начал писать книгу детскую под названием «Полинка».  В предисловии написал «Для детей от 4-х до 80, 5 лет».  Прототип дедушки это я.  Там о том, как, например, портить кашу, чтобы ребенок захотел есть, как правильно вырывать зубы, как научить ездить на велосипеде, читать, писать.  Книгу протестировал на побратимах, у кого есть дети 4-5 лет.  Мой приятель из Харькова отнес книгу без моего ведома в издательство «Vivat»: они нашли меня и заключили контракт.  Но что-то процесс затягивается: они объявили уже шестой конкурс на иллюстратора, который должен скоро завершиться.  «Полинка» должна была выйти второй.  Надеюсь, в этом году напечатают.

«Цуцика» я начал писать через неделю после того, как дал себе слово больше не писать о войне. Хотел написать что-то хорошее, светлое и радостное.  Однажды вышел на балкон с пачкой сигарет, и через 2 часа она была пуста, а весь «Цуцик» у меня был в голове: события, персонажи, последнее слово оставалось записать.  Теперь я просыпался в два часа ночи, чтобы сутки были длиннее.  Когда я поставил последнюю точку, через час у меня поднялась температура, я был полностью истощен от напряжения.  Две недели болел, ничего не помогало.  Я даже за войну так не болел: за три года только две пачки фервекса использовал.  «Цуцик» меня истощил невероятно.  Он появился в голове сразу полностью.  Другие были процентов на 60 продуманы. Ты сочиняешь план, но иногда текст тебя сам ведет, и ты сам не знаешь, что будет дальше.

Много материала не вошло в книгу?

Много.  Для фотоальбома «Полтава» у меня было 10-15 тысяч снимков.  Можно было бы много еще добавить статей и очерков.  Но книга уже сама по себе весит килограмм.  И когда я путешествую с презентациями, я мечтаю о том, как стану детским писателем с книгами с тонкими обложками.

А в «Цуцике» у меня есть некоторые сомнения – возможно, еще один эпизод нужно было включить.

О чем была бы книга, если бы не война?

Мне очень нравится тема интеллектуальных романов.  У меня сейчас валяются в ящике пользователя тексты, написанные еще во время ротаций, настолько я принципиально не хочу издавать на русском языке.  Интеллектуальный роман «Абсурд», роман-размышление о религии «Колбасокрад в Раю» и роман «Завтра снова сегодня», главный персонаж которого не помнит после сна, что было вчера, а он уже является пациентом психиатрической клиники.  Он считает себя властелином мира и имеет подозрения, что он является создателем этого мира.  Несмотря на это, он решает изменить свою жизнь.  Книга смешная, но смысл текста там двойной и даже тройной. Все ждет своего часа и когда-то дождется.  Я не тороплюсь.

С написанием книги изменились ли Вы как читатель?

Мне стало трудно читать других, так как я вижу, где халтура, где плохая стилистика, где писатель пишет для заработка, а не для души.  Мне стало трудно читать военные книги потому, что я вижу замечательную идею, эпизод, но написано коряво.  Такие тексты должны быть, так как они откровенны и чисты.  Тексты профессиональных писателей о войне тоже трудно читать. Я вижу, что они не знают, о чем пишут.  Существуют разные мнения по этому поводу.  По моему мнению, большинству из них не стоило бы писать.

Какой отзыв читателя больше всего запомнился, тронул?

Летом прошлого года я сделал эксперимент.  Я бесплатно отсылал тексты книги, но главным условием было прокомментировать их.  Отобрал читателей с самыми интересными мыслями, не обязательно позитивными.  Когда писал «Цуцика», присылал ежемесячно этим людям написанное, как роман-газету.  Большинство из них ждали с нетерпением, а если я задерживался, спрашивали, где и когда будет.  Когда я говорил, что не могу больше писать, читатели грозились устроить Майдан  возле подъезда. Так и дописал.

Планируете следующую книгу?

Следующей будет «Полинка».  Те романы на русском нужно не только перевести, но и доработать. Плюс я сейчас пишу еще одну детскую книгу. 

Как бы Вы отнеслись к экранизации вашей книги?

Несколько попыток экранизировать было. Написали сценарии, но произошла загвоздка в финансировании. Сейчас над моим творчеством думают в одном театре в Запорожье.

Кто Ваш самый большой критик?           

Самый большой критик себя – я сам, поэтому не спешу публиковать написанное.

Что читаете или читали младшему поколению: детям, внучке, крестникам, племянникам?

Дочке свои сказки придумывал. Читая по книжке, засыпал. Сейчас внучке читаю про нее. Придумываю  на ходу сказки соответствующие её возрасту.

Поделитесь своими впечатлениями от проекта Ветеранская палатка?

Я не ожидал столько положительных эмоций.  Невероятное количество людей в одном месте, я просто наслаждаюсь жизнью здесь, читателями, событиями.  Нашел одно издательство здесь и поблагодарил их за отказ.  Потому что сейчас я работаю с другим издательством, где все просто и легко решается по телефону, смс, имейлами.  Например, в четверг я подписал обложку «Цуцика», и через неделю книга вышла. Первые 96 экземпляров получил сегодня.

Фото Ярослава Матвеенко

Серию интервью с участниками проекта #ВетНамет читайте по ссылке

Подписывайтесь на telegram-канал journalist.today